Deep in the heart of England lived a legend...
Новые сообщения Участники Правила форума Поиск RSS
Страница 1 из 11
Модератор форума: Rona 
Форум » "Робин Гуд" в нашем творчестве » Новогодний фикатон » Подарок для pet (Кое-что о верности)
Подарок для pet
Off
Пост #1 написан 10.11.10 в 20:06
Автор: Merelena
Примечание: Подарок на Новогодний Фикатон для pet
Фик о мытарствах Гая после пожара. Стеб или агнст (на усмотрение автора) желательно чтоб у него там была какая-нибудь с кем-нибудь интрижка, но не обязательно
Название: Кое-что о верности.
Персонажи: Гай Гисборн, а также новые незнакомые лица. В эпизодах Ричард, граф Пуатье.
Рейтинг: РG-13 (я так думаю)
Жанр: Ангст, драма, экшн
Дискламер: На полную историческую достоверность не претендую
Саммари: После ухода из родного поместья, Гай отправился во Францию и в конечном итоге оказался в Аквитании в местечке под названием Тельбур.
Комментарии автора: Осада и захват крепости Тельбур, хозяином которой являлся Джеффри де Ранкон, действительно имела место в 1179 году. Точную дату автор не отыскал и самовольно перенес действие на конец осени. Разорение окрестных земель Ричардом документально подтверждено. Прочие события и персонажи, фигурирующие в этом рассказе, выдуманы автором.

Сам фик можно найти на Дайри ))
http://www.diary.ru/~sherwoodforest/p133437281.htm

на форуме я гость совсем редкий, так что не обессудьте )))
Мои поздравления с приближающимся новым годом biggrin и фанфик в подарок )))
Хотя ангстовый сюжет в качестве презента меня немного смущает wacko

Кое-что о верности

Ажурные стебельки мятлика в спутанной гриве рыжих волос делали ее похожей на капризную дриаду.
- Уже уходишь? – он перевернулся на бок и подпер кулаком щеку, наблюдая за тем, как она не торопясь натягивает платье, оправляя помятую юбку.
- Пора, - ее лицо, щедро украшенное россыпью конопушек смеялось в предрассветном сумраке, так же как и зеленые с золотистыми крапинками глаза. Она ловко подобрала рассыпавшиеся по плечам волосы, стягивая их в тяжелый узел на затылке.
- Я говорил, что ты похожа на ведьму? – он поймал ее за руку и потянул, роняя на себя. Жадно приник к чуть припухшим губам и запустил пальцы в огненно-рыжие кудри. Едва приведенная в порядок прическа, была безнадежно испорчена.
- Гай! – маленькая, но крепкая ладошка протестующе уперлась в грудь. – Мне действительно пора уходить.
Он нехотя разжал пальцы, удерживающие ее запястье и усмехнулся, наблюдая за тем, как она, не слишком торопясь, отстранилась. Приподнялся, усаживаясь на копне душистого сена. Рука привычно потянулась к рубахе, брошенной тут же поверх плотного шерстяного плаща. Гай натянул ее через голову. На дворе стояла глубокая осень, и по ночам было уже довольно прохладно.
Портупея, ножны с мечом и сапоги обнаружились поблизости.
- Вернешься к своему лудильщику? – он искоса взглянул на нее.
- Симон аптекарь, - в зеленых глазах читался легкий укор, - ты ведь знал, что я замужем, когда встретил меня.
Он кивнул и отвернулся. В щели между неплотно подогнанными досками сарая темнело небо, едва начинающее окрашиваться в предрассветные розовые тона.
- А твой аптекарь знает, где ты провела ночь?
- Он думает, я поехала навестить сестру, - она осторожно провела пальцами по напряженной шее, смахнув засохшую веточку клевера, прицепившуюся к вороту рубахи. – Ты ревнуешь? – на красиво очерченных губах появилась кокетливая улыбка.
- К кому? – он пренебрежительно передернул плечами.
Его рыжеволосая фея хихикнула:
- Ты совсем еще мальчишка, Гай, - теплое дыхание обожгло ухо.
- Нет! – он скрипнул зубами и с силой стиснул тонкие пальцы, игриво перебиравшие отросшие темные пряди. – Мне двадцать, я оруженосец Джеффри де Ранкона и скоро стану рыцарем. А ты будешь обращаться ко мне – сэр Гай!
- Отпусти! – она выдернула руку из его ладони. – Сумасшедший! Едва пальцы не сломал! – веснушчатое личико перекосила болезненная гримаса.
- Я не хотел, - в его голосе прозвучала нотка раскаяния. – Вот возьми, - он защелкнул браслет из серебряных звеньев на тонком запястье.
Она подняла руку, разглядывая украшение.
- Я думала, ты купишь мне тот с эмалью.
Он вздохнул. Не объяснять же ей, что пять ливров в месяц – явно недостаточно для удовлетворения всех капризов избалованной красавицы. Она истолковала молчание по-своему и сочувственно фыркнула:
- Опять задерживают жалованье?
- Барон укрепляет замок, - не слишком охотно пояснил ее любовник, затягивая на бедрах портупею и поправляя ножны, - это обходится недешево.
- Чего он опасается? – жену аптекаря не слишком волновала стоимость работ, скорее заботило то, как это отразится на кошельке оруженосца.
- Нам нечего опасаться, - Гай снова притянул девушку к себе. – Это простая предосторожность.
- В городе только и разговоров, что граф Пуатье собирается осадить замок, - рыжеволосая красавица мягко высвободилась из его объятий.
- Ерунда, - отмахнулся Гай. – Взять Тельбур невозможно. В худшем случае Ричард постоит пару недель под стенами и уберется восвояси.
- Значит, нам не придется надолго расставаться, - она приподнялась на цыпочки, быстро чмокнула его в щеку и, подобрав юбки, спустилась с сеновала.
- Лорелин! – в последний момент он все-же окликнул ее.
Она со смешком обернулась:
- Мы с мужем никогда не пропускаем воскресную мессу. Ты же знаешь,- она рассмеялась, понимая, что намек будет истолкован верно, и исчезла, тряхнув огненными кудрями.
Гай знал. Собственно, он и увидел Лорелин впервые именно в церкви. Стройная горожанка в богатом наряде с длинными, перекинутыми на грудь рыжими косами, стоящая подле неприметного человечка в сером колете. Скучающий взгляд зеленых глаз медленно скользил вдоль зажженных лампад и задержался на молодом оруженосце, преклонившем колени перед статуей Девы Марии. Гай спиной почувствовал ее взгляд и обернулся…
В тот день исполнилось ровно пять лет, как в огне погибла его прежняя жизнь. Это было его второе посещение храма за прошедшие с той поры годы.

Скрип тяжелых ворот, затворившихся за спиной, прозвучал так, будто над ним захлопнули крышку гроба. На мгновение в глазах потемнело. Толстая ворона, сидящая на монастырской ограде, хрипло каркнула. И это тоже показалось насмешкой.

- Нам очень жаль, но вы не можете и далее оставаться здесь, - отец-настоятель, смиренно скрестивший на животе длинные тонкие пальцы, старался не смотреть ему в лицо.
- А как насчет сестры? Ее примут в женскую обитель?
Он испросил у отца-аббата помощи в устройстве Изабеллы еще три недели назад, в день, когда они только пришли в Керкли.
- Сожалею, но аббатиса ответила отказом. У них достаточно послушниц, а юная леди происходит из знатной семьи и требует к себе особого подхода.
- Иными словами, ее не примут, потому что у меня нет денег, заплатить за вступление сестры в монастырь?! Хотите сказать, это Его воля?!
- Не богохульствуй, сын мой, - бледное лицо монаха неодобрительно вытянулось. – Придет время, и тебе станут понятны Его намерения.
Святые лики, освещенные мягкими огнями лампад, равнодушно взирали со стен.
- Благодарю, - он поклонился. Губы против воли исказила злая гримаса. – Его намерения и так предельно ясны.

Гай дождался, пока со двора донесется тихий стук лошадиных подков и усмехнулся собственным мыслям. Ему тоже пора возвращаться. Де Ранкон смотрел на ночные похождения оруженосца сквозь пальцы, только если это никак не отражалось на исполнении служебных обязанностей.

***

Высокий жеребец мышастой масти остановился напротив тяжелых двустворчатых ворот. Гай поднял голову и посмотрел наверх. Стучать или драть глотку, заявляя о своем прибытии, не имело смысла. Скорее всего, за ним и так уже наблюдали. Подтверждая его мысль, из бойницы надвратной башни показалась голова караульного. Этого небритого малого звали Андре. Три года, проведенные в Тельбуре не пропали даром: Гай знал по именам всех солдат местного гарнизона.
Опознав в прибывшем оруженосца хозяина замка, стражник кивнул и поспешил открыть неприметную калитку слева от главного входа. Пропуская его внутрь, караульный многозначительно ухмыльнулся. Гай ответил ему не слишком дружелюбным взглядом. Он не любил, когда солдаты судачили о нем, сидя за кувшином сидра, в дешевом кабаке. Впрочем, ни для кого не было секретом, что оруженосец де Ранкона наконец-то завел в городе подружку.
За первыми воротами последовали вторые. Чтобы до них добраться пришлось пройти около полусотни шагов вдоль стены по узкому, простреливаемому с обеих сторон коридору. Третьи ворота, открывались на крепостной двор – еще сотня шагов в обратном направлении. Внутренняя стена, окружавшая замок - самая высокая. Расположенный на холме в живописной долине Шаранты, замок Тельбур был защищен с трех сторон естественными преградами. Вряд ли даже самым упорным осаждающим придет в голову идти на штурм, карабкаясь на отвесные скалы. Четвертой стороной крепость смотрела на город, но и здесь ее прикрывали три ряда стен, высокие башни и надежные ворота. Замок осаждали не раз, но взять его пока что не удалось никому.
Несмотря на ранний час, во внутреннем дворе было довольно оживленно. Как оказалось, большая часть наемников уже покинула казармы. Солдаты под руководством командиров пополняли запасы метательных камней, укладывая их пирамидами возле бойниц. К катапультам подтаскивали клети, начиненные чем попало – от негодных кузнечных заготовок до битых кирпичей. Все это можно пустить в дело при атаке вражеской пехоты.
Гай отвел лошадь в стойло, передав поводья из рук в руки конюху. Темно-серый жеребец, подарок Джеффри де Ранкона, прядал ушами и посматривал на хозяина, ожидая угощения. Гай потрепал коня по холке, и в который раз подумал, что его собственное жалованье пришлось бы откладывать не один месяц, прежде чем он мог позволить себе хотя бы помечтать о покупке такого красавца. Прежний владелец называл жеребца Гризом* , и Гай не стал менять имя, полагая, что оно вполне ему подходит.
Оруженосец барона невольно ускорил шаг, направляясь к донжону, где располагались комнаты его господина. Однако, как оказалось, он опоздал.
- Гисборн! – окликнувший его голос, легко перекрыл шум, стоящий во внутреннем дворе замка. Джеффри де Ранкон в сопровождении Ги де Провена, капитана замкового гарнизона направлялся к нему от дверей кузницы. – Где тебя черти носят?!
- Мессир! – Гай слегка смутился. – Не думал, что понадоблюсь вам так рано…
- Я тоже не думал, - барон, худощавый мужчина лет тридцати пяти с темными, собранными в хвост волосами, в которых уже начинала пробиваться седина, ухмыльнулся, оглядев оруженосца с ног до головы. - Обстоятельства изменились. Прошлым вечером я получил ультиматум от графа Пуатье.
- Наглый юнец требует немедленной капитуляции, - презрительно фыркнул де Провен. - В противном случае угрожает силой захватить замок и казнить всех, кто окажет сопротивление.
- Граф Пуатье искренне полагает себя законным властителем этих земель, но пока что он в состоянии править, лишь держась за юбку матери, - губы барона растянулись в презрительной ухмылке. - Разумеется, взять Тельбур Ричарду не удастся. Для этого у него слишком мало людей, - де Ранкон прищурился, рассматривая реющее над плоской крышей донжона полотнище. На фоне синего предрассветного неба знамя казалось выкрашенным в черный цвет. – Но он может изрядно потрепать нам нервы, осаждая замок.
- Уже известно, где находится войско? – как он ни старался, сохранить безразлично деловитый тон не удалось. Гай облизнул внезапно пересохшие губы. Это будет его первая осада. И, кроме того, неплохой случай проявить себя или даже заслужить рыцарские шпоры.
- Командир отряда, вернувшегося ночью, утверждает, что граф Пуатье в четырех лье от Тельбура. Сомневаться в его словах не приходится. Ричард будет под стенами замка, самое позднее, к сегодняшнему вечеру.
- Мессир!
Де Ранкон правильно истолковал лихорадочный блеск в глазах оруженосца и снисходительно улыбнулся:
- Понимаю, тебе не терпится отличиться…
- Это так, сэр!
- Не перебивай.
- Простите, мессир, - Гай смущенно потупился.
- Война – это грязь и смерть, а не баллады менестрелей, - на губах барона появилась жесткая усмешка, - хотя и в грязи порой находится место подвигу. Но, даже героические поступки лучше совершать на сытый желудок.
- Не понимаю…
- Тут и понимать нечего, Гисборн, - де Ранкон вздохнул. – Нам предстоит осада. Возможно, длительная. Я хочу, чтобы ты взял моего писаря и проверил запасы продовольствия, хранящиеся в подвалах. Все следует немедленно перенести в донжон.
- Но я надеялся… - на лице оруженосца читалось явное разочарование.
- Мне плевать, на что ты надеялся, Гай, - с чувством произнес де Ранкон. – От тебя требуется четкое следование приказам.
- Я понял, сэр, - оруженосец кивнул, вытянувшись в струнку перед синьором.
- Отлично, - барон слегка смягчился. - Это еще не все. Нам необходимо избавиться от лишних ртов. Горничные, прачки, их дети, внуки и прочие родственники должны покинуть замок немедленно.
- Многие из этих женщин - жены ваших солдат, - осторожно возразил Гай.
- Не имеет значения, - бросил барон, пожимая плечами. – Они смогут вернуться, когда осада закончится.
- Я должен выставить их за ворота? – по спине пробежал неприятный холодок. Совершенно некстати вспомнилось, что Сесиль – жена Андре, вскоре должна родить.
- Рыцарь должен уметь вовремя проявить твердость, - напомнил Ги де Провен.
- Конечно, - согласился Гай, оглянувшись на внушительную фигуру командира гарнизона. – Я все сделаю.
__________________-
* Gris –серый (фр.)

Он, действительно, все сделал. Хотя и готов был провалиться сквозь землю, когда толстуха-кухарка, вдова мечника, имени которого Гай никак не мог вспомнить, завыла и начала причитать, пытаясь поймать его за рукав дублета. Он брезгливо отшатнулся, проходя мимо. Не время проявлять сентиментальность. Нужно просто выполнить, что велено.
Растерянная толпа – около четырех десятков человек, остановилась на дороге за внешними стенами.
- Что ты делаешь?! – Гай очнулся от созерцания и с удивлением уставился на Андре, яростно сдиравшего с форменной куртки эмблему де Ранкона. Справившись со своей задачей, парень решительно направился к выходу.
- Стоять! – оклик сэра Ги прозвучал абсолютно бесстрастно. – Куда это ты собрался?
- Никто не заставит меня служить человеку, который выставляет мою жену за ворота! –Андре против воли обернулся.
Стоявшие поблизости наемники, кто с любопытством, а кто угрюмо наблюдали за развернувшейся сценой.
- Если не ошибаюсь, ты получил жалованье за месяц вперед? – голос де Провена был холоден. – Изволь его вернуть и можешь катиться на все четыре стороны.
- Я отдал деньги жене, - парень насупился и исподлобья посмотрел на капитана.
- Тогда о чем речь? – с таким выражением обычно разглядывают таракана, прежде чем его раздавить.
- Вам меня не остановить, мессир, – Андре повернулся к де Провену спиной.
Гай, наблюдавший за солдатом, не сразу понял, что произошло. Парень коротко вскрикнул и повалился в грязь лицом вниз.
- Точно также я поступлю с любым дезертиром, - спокойный голос сэра Ги, успевшего вернуть арбалет в петлю на поясе, отозвался эхом в каменных стенах. – Всем разойтись. Представление окончено.
Гай присел на корточки рядом с лежащим без движения человеком и приложил два пальца к жилке на шее. Пульса не было.
- Он мертв, - оруженосец барона поднял взгляд на командира замкового гарнизона.
- Разумеется, - сэр Ги пожал плечами, - именно этого я и добивался.
- Зачем? – Гай медленно распрямился.
- Ничего личного, - де Провен носком сапога перевернул тело на спину. – Просто иногда нужно вовремя преподать людям урок. Это истина, которую тебе стоит усвоить.

***
Иногда Гай вспоминал о том, как оказался в Аквитании, хотя это и не доставляло ему особой радости. О том как уходил прочь от горящего дома, волоча за руку спотыкающуюся Изабеллу, не забыть, наверное, никогда. Он старался держаться прямо, игнорировал насмешки, раздающиеся за спиной, и ни разу не обернулся. Только он сам знал, чего ему стоило уйти с надменно поднятой головой. Впрочем, гордости хватило ненадолго. Им никто не помог. У них не было ни дома, ни денег, ни родственников. Единственное, что у них не отняли – это имя. Впрочем, от имени и знатного рода немного толку, если в желудке пусто, а от последней краюхи хлеба с куском сыра, перехваченных по случаю в придорожной таверне, остались лишь воспоминания. Постоянное нытье сестры раздражало не меньше голодного урчания в животе.

- Мы закончили, господин, - писарь в темно-сером дублете, на котором не так сильно бросались в глаза пятна от чернил, выжидающе посмотрел на Гая. Этот человек напомнил ему мужа Лорелин. Почему все писцы и аптекари выглядят одинаково?
- Хорошо, - Гай кивнул. – Давай сюда свиток и можешь идти.
Невзрачный человечек в сером поклонился и заспешил прочь. В отличие от толстухи-кухарки у него был в городе собственный дом.
Подвал северной башни – последнее место, куда они добрались. Хранимые здесь бочонки с вином составляли гордость де Ранкона. Должно быть, к ним никто не прикасался со времен деда нынешнего владельца замка. Тем не менее, их тоже следовало переправить в донжон.
Теперь, когда хранилище опустело, Гай медленно прошелся вдоль пыльных стен, проводя пальцами по старым туфовым блокам. Шершавый камень приятно холодил ладонь. Добрался ли Ричард до замка?
Гай знал, что сын Алиеноры Гиенской всего лишь на год старше его самого. Интересно, каково это быть третьим сыном короля Англии? Впрочем, наверняка лучше, чем оказаться единственным наследником прокаженного, изгнанного из собственного поместья и при жизни объявленного умершим.
Камень под пальцами неожиданно провалился, утонув в стене. Что-то заскрежетало. Гай инстинктивно потянулся к рукояти меча и резко обернулся. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как в дальнем углу открывается потайная дверь.

Должно быть, этим коридором давно никто не пользовался. Подтверждением тому служил легкий запах плесени и толстый слой пыли, пушистым ковром покрывавшей пол. В неровном свете факела оруженосец Джеффри де Ранкона осторожно продвигался вперед по узкому переходу. Приходилось нагибаться, чтобы не задеть головой потолок. Интересно, знает ли барон об этом месте? Маловероятно. Иначе, зачем посылать оруженосца расчищать подвал, рискуя раскрыть тайну. Коридор петлял, поворачивая то вправо, то влево. Гай заметил, что стены, сложенные из того же серого туфа, что и прочие сооружения в замке, уступили место плотной скальной породе. Сомневаться не приходилось – этот ход вел из замка наружу. Вот только куда именно? Гай в очередной раз повернул, с трудом протиснувшись в постоянно сужающийся ход, и отпрянул, едва не потеряв факел. Поднял голову, рассматривая черное ночное небо с рваными клочками облаков, пробегавшими по тусклому диску ущербной луны, а затем перевел взгляд вниз. Всего в какой-то сотне футов под ним лежала долина Шаранты, расцвеченная огнями походных костров.
Ричард все-таки сдержал слово и привел войско под стены Тельбура.
Как бы то ни было, толку от обнаруженного потайного хода было немного. Нужно иметь крылья, чтобы подняться сюда, или обладать ловкостью горного козла, чтобы спуститься вниз по отвесной скале.
Гай развернулся и заспешил назад. Надо думать, де Ранкон уже давно ждет его доклада. А сюда стоит вернуться позже, чтобы еще раз осмотреть это место при дневном свете…

***
Каминный зал донжона освещали нещадно чадящие масляные лампы. Де Ранкон, развалившийся в кресле напротив холодного камина, повернул голову, и, завидев оруженосца, рассеянно кивнул, приглашая подойти ближе. На низком столике подле кресла стоял кувшин с вином и серебряный кубок.
- Что у тебя?
- Оба ваших распоряжения выполнены, мессир, - Гай сразу перешел к делу, положив внушительный свиток с составленной описью на столик, - Полагаю, продовольствия гарнизону должно хватить на три-четыре месяца. У нас также неплохой запас стрел, камней и сырой нефти.
- Хорошо, - одобрил барон. – Возникли какие-нибудь осложнения?
- Нет, сэр… - Гай заколебался. – Только одно… Когда женщин и детей выводили за ворота, был убит один из солдат.
- Да, я знаю, - де Ранкон поморщился. – Возможно, сэр Ги немного погорячился, но он абсолютно прав. Мы не можем позволить нашим людям безнаказанно дезертировать, когда неприятель стоит у ворот.
- Вы полагаете, он предпримет попытку штурма? – уточнять, кем был этот «он» не требовалось.
- Нет, если только сын Генриха не лишился рассудка, - Джеффри де Ранкон усмехнулся. – Насколько можно судить, у Ричарда в армии не более полусотни рыцарей, четыре сотни мечников и около полутора сот лучников. И при всем этом лишь одно требуше. Ему понадобиться чертовски много времени, чтобы пробить наши ворота с его помощью.
- Это означает, что осада продлится долго? – осведомился Гай.
- До тех пор, пока графу Пуатье не надоест торчать под нашими стенами, - согласился барон, - или пока петух не клюнет Ричарда в другое место.

***
Первый день осады не принес неожиданностей. Войско Ричарда расположилось на равнине между замком и городом. Свободное от построек пространство позволяло отслеживать движение неприятеля и наблюдать со стен замка за перемещениями в стане противника. Однако, судя по всему, там не происходило ничего особенного.
Гай даже испытал некоторое разочарование оттого, что кампания началась настолько прозаически. Впрочем, это позволило ему еще раз наведаться в подвал северной башни. При солнечном свете стало совершенно ясно, что от небольшой расселины в скале, которую представлял собой конец потайного хода, вниз не вела даже самая неприметная тропка. Гай некоторое время размышлял над тем, зачем кому-то понадобился ход, которым невозможно воспользоваться. Это навело его на интересную мысль. Он еще раз внимательно осмотрел стены и пол вблизи расселины, подсвечивая себе факелом, и обнаружил то, что искал. А именно - массивное железное кольцо, вмурованное в скальную породу, слегка проржавевшее, но вполне пригодное к использованию. Оруженосец Джеффри де Ранкона улыбнулся. Оставалось только найти крепкую веревку подходящей длины.

***
- Что они задумали, мессир? – Гай недоуменно взглянул на барона, с хмурым видом мерившего шагами деревянную галерею, пристроенную с внешней стороны к стене, обращенной в сторону города. С раннего утра в лагере Ричарда царило оживление. Добрая половина осаждающих, разбилась на отряды по паре десятков человек в каждом, под предводительством закованного в доспехи рыцаря, и растеклась по равнине.
Барон на вопрос не ответил. Впрочем, вскоре все стало понятно и без его пояснений. Над зеленой долиной поднялся вверх первый столб дыма. За ним последовали второй и третий…

- Он и не думал штурмовать замок! – стиснув кулаки, Джеффри де Ранкон вглядывался в ночную тьму, расцвеченную огнями пожарищ. – Этот негодяй решил разорить мои земли!
Игра велась не слишком честно, но, Гай вынужден был это признать, довольно эффективно. Горели не только дома и крестьянские дворы. Поля, виноградники и сады полыхали. По округе распространялся удушливый запах гари, достигая крепостных стен.
Если сын Алиеноры Гиенской продолжит в том же духе, Джеффри де Ранкон вскоре станет владельцем выжженного пепелища…

***

Спустя десять дней хозяин Тельбура согласился на переговоры.
Гай застал лишь конец разговора сэра Джеффри с Ги де Провеном.
- Будет неразумно, если к Ричарду поедешь ты, Джеффри, - сэр Ги произнес это тоном человека, уставшего доказывать упрямцу очевидные истины. – Граф Пуатье не дал гарантий твоей безопасности. Хочешь, чтобы мне пришлось отбивать тебя силой?
- Боишься, что история повторится, Ги?
Гай услышал короткий смешок рыцаря:
- Понимаю, что Тельбур это не Мириокефалон** , а Ричард, не Арслан, но зачем же рисковать понапрасну?
- Хорошо, - должно быть де Провену удалось убедить барона. - Что ты предлагаешь?
- Я поеду сам и, если хочешь, возьму с собой твоего парня.
__________________
** Мириокефалон (Myriokepalon) - местность во Фригии, где 17 сент. 1176 византийский император Мануил I Комнин был наголову разбит сельджукским султаном Килидж Арсланом. Византийская армия понесла огромные потери, а сам император был ранен и едва не попал в плен.

***
Ставка Ричарда расположилась в таверне вблизи городских стен. Поднимаясь по скрипучим ступенькам, вслед за Ги де Провеном, Гай поймал себя на том, что думает о Лорелин. Дом аптекаря находился всего в паре кварталов отсюда.
Их встретили довольно вежливо, попросив выложить мелкое колющее оружие. Гисборн отцепил и бросил на стол дагу с гардой-мечеломкой. Сэр Ги расстался с длинным трехгранным стилетом и вытащил из-за пояса кинжал, напоминающий по форме коготь хищного зверя. Гаю всегда нравилась эта смертоносная безделушка. Мечи у них не отняли.
Ричард встретил их, поднявшись из-за стола. Кажется, он читал какую-то книгу. Гай был наслышан о том, что сын Алиеноры Гиенской благосклонно относится к трубадурам и привечает поэтов, однако слегка опешил, увидев лютню, соседствующую с небрежно брошенным поперек кое-как застеленной постели мечом. С некоторых пор Гай привык к тому, что оказывался выше большинства встречавшихся ему мужчин, однако граф Пуатье не только не уступал ему в росте, но даже немного превосходил.
Де Провен вежливо поклонился, приветствуя противника, и оруженосец Джеффри де Ранкона последовал его примеру.
- Рад видеть вас в добром здравии, сэр Ги, - Ричард улыбнулся, приглашая рыцаря пройти к столу.
Надо же. А он и не предполагал, что светловолосый красавчик знаком с капитаном тельбурского гарнизона… Гай остался стоять у двери.
- Думаю, мы не станем задерживать вашего человека, де Провен, - граф Пуатье перевел на Гая взгляд безмятежно голубых глаз.
- Я оруженосец Джеффри де Ранкона, милорд, - отчего-то самоуверенный тон наследника Алиеноры вызвал у него раздражение.
- Ваше имя?
- Гай Гисборн, - слова вырвались почти против воли.
- Англичанин?
- Только по отцу, милорд.
- Оказывается, у нас с вами есть кое-что общее, - Ричард улыбнулся. – Вы можете идти, Гай Гисборн. И постарайтесь никуда не пропадать. Иначе я не смогу гарантировать ваше безопасное возвращение в замок.

***

Маленький камешек осторожно ударился о запертые изнутри ставни. Затем еще один. В доме по-прежнему было темно и тихо, но он знал, что это её комната. Оруженосец Джеффри де Ранкона нетерпеливо огляделся по сторонам в надежде отыскать что-то, чем можно запустить в окно с большей эффективностью. Однако этого не потребовалось. За плотно прикрытыми ставнями появился огонек зажженной свечи. Щеколда скрипнула и окно отворилось.
- Гай! Ты с ума сошел! – Лорелин со смехом оттолкнула проворно перелезшего через подоконник любовника. – Только не здесь!
- Почему? – он усмехнулся. – Супружеское ложе священно?
- Тише, - она приложила палец к губам и поманила его за собой. – Симон работает в соседней комнате! Он тебя услышит!
- Мы не виделись уже десять дней, - пожаловался Гай.
Лорелин, с волосами убранными ажурной сеткой из речного жемчуга, казалась еще восхитительней в полумраке неосвещенных комнат. Она взяла его за руку и осторожно выглянула в коридор.
Должно быть, именно это люди и называют безумием… До сегодняшней ночи ему не приходилось заниматься этим на скрипучем полу аптекарской лавки, среди мешков с сушеными травами, банок с пиявками и горшков с вонючими притирками. Кажется, они разбили пару каких-то склянок…

На осенней ярмарке в Шеффилде, где им с сестрой довелось оказаться спустя два месяца мытарств и скитаний по разбитым дорогам Ноттенгемпшира, он решился украсть. В первый и единственный раз. При одном воспоминании об этом Гай чувствовал, как холодеют пальцы. Он срезал кошелек с пояса высокого худощавого мужчины в дорогом костюме. И, разумеется, тут же был пойман за руку.
- Вору отрубают кисть, - слова, произнесенные с холодным безразличием, наполнили душу ужасом. - Как ты думаешь, что-нибудь помешает мне известить шерифа о краже?
Изабелла, напуганная не меньше Гая, привычно заныла, держась за рукав брата. Незнакомец с интересом поглядел на сестру и неожиданно представился:
- Сквайр Торнтон из Хетфилда, к вашим услугам.
Не оставалось ничего иного, как назвать свое имя.
Они пришли к соглашению довольно быстро. Помимо кошеля с десятью фунтами золотом и серебром, который не удалось украсть, единственным условием Гая стало присутствие на венчании сестры.
- Надеюсь, мне не доведется увидеть тебя еще раз, шурин, - с усмешкой произнес Торнтон, выходя из церкви. Гай хмуро кивнул. Изабелла, как всегда, промолчала.
Вечером того же дня он напился для храбрости и, краснея от смущения, сунул в руку пробегавшей мимо темноволосой подавальщицы из таверны близ Шеффилда серебряный шиллинг, приглашая пойти с собой. К его удивлению, она согласилась…

Настойчивый стук в дверь вернул его к действительности.
- Должно быть, кому-то потребовались лекарства, - Лорелин первой пришла в себя, высвободившись из объятий любовника.
- Ты не говорила, что у вас и ночью бывают посетители, - пробормотал Гай, пытаясь нащупать в темноте отброшенную в сторону портупею.
Наверху заскрипели половицы.
- Ну же! – она потянула его за собой в нишу, прикрытую портьерой. – Муж идет!
Гай прислонился к стене и замер, положив ладони на талию рыжеволосой красавицы. То, что всего в паре шагов от них возился с дверным засовом аптекарь, его совершенно не волновало.
- Это вы, мессир? – муж Лорелин поднял свечу повыше, разглядывая посетителя. – Проходите!
- У тебя все готово? – голос гостя звучал приглушенно, но, тем не менее, показался Гаю знакомым. Это заставило его насторожиться.
- Да, да! – аптекарь заторопился. – Я принесу склянку!
Судя по доносившимся из дальнего угла звукам, Симон начал рыться в ящиках в поисках затребованной вещи, а ночной посетитель, тем временем, нетерпеливо прохаживался взад-вперед по комнате. Гая неудержимо тянуло раздвинуть портьеры, чтобы взглянуть на незнакомца. Лорелин осторожно пихнула его локтем в бок, призывая сохранять спокойствие. Гай все-таки слегка отодвинул тяжелую ткань и осторожно заглянул в узкую щель.
- Вот оно, мессир!
Из рук в руки перешла небольшая бутыль, запечатанная сургучом. Посетитель, чье лицо по-прежнему скрывали тени, небрежно швырнул на столик перед хозяином туго набитый кошель. В желтоватом свете горящей свечи мелькнуло кольцо с агатовой печаткой.

***

Когда дверь за таинственным гостем закрылась, а аптекарь поднялся наверх, Лорелин обвила его шею руками, поцеловала в щеку и прошептала:
- Тебе пора уходить. Симон скоро закончит возиться со своими склянками.
- Как скажешь, - Гай вздохнул. В общем-то, он уже получил от нее все, что хотел. К тому же следовало вовремя вернуться к де Провену, пока тот не хватился пропавшего оруженосца. Набросив на плечи плащ, и оправив пояс с мечом, он отодвинул засов, осторожно выскользнул на улицу и сделал пару шагов по грязной мостовой. Огрызок луны, висевший в небе среди рваных туч, освещал островерхие крыши. Повернув голову, Гай уперся взглядом в темную громаду Тельбура, возвышавшуюся над городом. Мысль о том, что нашелся безумец, пытающийся его захватить, казалась сейчас особенно невероятной.
На мгновение Гаю почудилось, что кто-то смотрит ему в спину. Он обернулся, обшаривая взглядом темные проемы закрытых ставнями окон.
Показалось…

***
Переговоры с Ричардом продлились несколько часов, но так и не привели к желаемым результатам. Уходя, де Провен бросил что-то язвительное о зарвавшихся юнцах, непомерных амбициях и утерянном рыцарском духе.
Сын и наследник Алиеноры не шел на уступки, предлагая сдачу гарнизона без каких бы то ни было условий. В противном случае разорение окрестных земель продолжится, а защитники замка в конце-концов исчерпают собственные ресурсы и будут вынуждены сдаться на милость победителя.
- Что ж, этого следовало ожидать, - де Ранкона совсем не удивил исход переговоров. – Молодой Ричард упрям, как и его отец. Но уступить – значит сделать шаг к потере независимости. Я на это не пойду.
Хозяин Тельбура, с наблюдательной площадки на крыше донжона, молча осматривал свои опустошенные владения. Ги де Провен стоял рядом, устремив взгляд на дальний берег Шаранты, а Гай Гисборн разглядывал маленькие фигурки, суетящиеся под стенами замка.
Похоже, граф Пуатье, все-таки отдал приказ о начале штурма.

- Не понимаю на что он рассчитывает, - де Ранкон пожал плечами, бросив взгляд вниз, туда где несколько десятков мечников, под прикрытием конструкции из туго натянутых на деревянный каркас и политых водой воловьих шкур, подкатывали к воротом таран. За ними, закрываясь щитами, шла основная группа. На атакующих сверху посыпались камни и стрелы. Лучники снизу ответили навесным залпом. С десяток стрел перелетело через зубцы стены, а одна вонзилась в плечо особо невезучего наемника поблизости от барона. Ответный выстрел из катапульт, заряженных клетями с металлическим хламом, разметал стрелков противника по полю.
За пределами досягаемости легких замковых орудий, расчет, обслуживающий вражеское требуше, изготовился к стрельбе. Пылающий снаряд, начиненный сырой нефтью, уже на излете ударился о деревянный настил галереи. Обжигающие брызги полетели в разные стороны. Арбалетчик, прильнувший к бойнице в паре шагов от оруженосца барона, заметался, объятый пламенем. Гай чертыхнулся и повалил солдата на пол, перчатками сбивая огонь. Кто-то кинул ему кусок дерюги, из тех, что специально заготовили на этот случай. Предусмотрительно политые водой доски загораться не спешили, однако пылающее масло, растекаясь по их поверхности, угрожало пожаром. Ги де Провен с опаленными бровями, затоптал последний горящий участок и облегченно перевел дух. На этом атака захлебнулась. Отряды Ричарда отступили, оставив у ворот разбитый таран.
- Ги, тебе следует показаться лекарю, - Джеффри де Ранкон озабоченно посмотрел на капитана своего гарнизона.
- Ерунда, - высокий кареглазый рыцарь поморщился, проведя ладонью по обожженной щеке. Тем не менее, не стал спорить и сбежал со стены вниз.
Вряд ли противник предпримет сегодня еще одну попытку.
Словно в ответ на невысказанную мысль оруженосца, хозяин Тельбура усмехнулся:
- Ричард попытался и понял, что от его усилий будет мало толку. Думаю, нам снова предстоит смотреть на горящие деревни.

Off
Пост #2 написан 10.11.10 в 20:12
вааах!подарки повалили ^^
*ликует*
но оценить пока не смогу,дайри с понедельника никак не работают....><
Merelena, а можно фик сюда выложить?*щенячьи глазки*
Off
Пост #3 написан 10.11.10 в 20:24
***
Во внутреннем дворе замка было многолюдно. На стенах остались лишь караульные, продолжавшие наблюдать за войском противника. Большая часть наемников, в приподнятом настроении после успешно отбитой атаки, собралась возле казарм. Многие толпились у колодца, смывая с лиц копоть и грязь. Барон приказал выкатить из подвала бочку красного из своих старинных запасов. Впрочем, упиться до бесчувствия защитникам Тельбура не грозило, учитывая что на пятьдесят галлонов вина приходилось около трехсот человек.
Гай прошел мимо, не спеша присоединиться ко всеобщему ликованию. У него было кое-что, чем следовало заняться безотлагательно.

Возня с веревкой продлилась значительно дольше, чем он рассчитывал. Когда Гай закончил завязывать узлы и надежно прикрепил просмоленный пеньковый канат к металлическому кольцу, уже сгущались сумерки.
Следовало рассказать о своем открытии барону. Он и так тянул слишком долго. Возможно, воспользоваться этой дорогой никогда не придется, но иметь запасной выход на случай опасности не помешает. Мелькнула шальная мысль, наведаться в город и повидать Лорелин, однако он тут же отбросил ее как несвоевременную. Размышляя подобным образом, оруженосец барона Джеффри де Ранкора – хозяина Тельбура, распахнул дверь северной башни и зашагал к донжону, направляясь в покои своего господина.

Гаю совсем не понравился взгляд, которым его проводил наемник, стоявший на страже у дверей каминного зала. То, что барон выставил здесь охрану, выглядело странно само по себе. Впрочем, времени на недоуменные расспросы ему не оставили.
Джеффри де Ранкон был в комнате не один. Помимо него здесь находилось несколько наемников, сэр Ги, а также отец Мишель, который выполнял в замке функции капеллана, одновременно являясь и гарнизонным лекарем. Когда Гай вошел, все обернулись.
- Не думал, что ты вернешься… - во взгляде де Ранкона читалось удивление. Он щелкнул пальцами, подавая знак стоявшим поблизости наемникам.
- Мессир! – Гай, ошарашенно взглянул на барона и предпринял попытку вырваться из рук схвативших его солдат. Резкий удар под ребра заставил согнуться пополам и сделал осмотрительнее.
- Не пытайся уверить меня, будто ничего не понимаешь, - голос барона прозвучал устало. – Что Ричард посулил тебе за измену?
Происшедшее никак не желало укладываться в голове.
- Я никого не предавал, мессир!
- У тебя в комнате обнаружили это, - де Ранкон кивком головы указал на небольшой глиняный сосуд, стоявший на низком столике подле камина.
Бутылочка выглядела до боли знакомо… Гай почувствовал противный холодок, пробежавший по спине.
- Что это?
- Экстракт аконита, - по губам сэра Ги пробежала хищная усмешка. – Ты использовал ее, чтобы отравить колодец. Не помнишь?
- Где бы я его взял?!
Ему не поверят... Через все это он проходил не единожды.
– О твоих шашнях с рыжей шлюшкой не знает, похоже, только аптекарь, - безжалостно впечатал слова Ги де Провен.
- Прежде чем мы поняли, что случилось, пострадало четыре десятка человек, двенадцать из них умерли в страшных мучениях, - седовласый капеллан в рясе, подпоясанной куском бечевки, покачал головой.
- Будет справедливо, если ты разделишь их судьбу, - стальные пальцы, затянутые в кожаную перчатку, стиснули подбородок Гая. Тон капитана оставался бесстрастным, а вот в холодном взгляде карих глаз чувствовалась насмешка. Оруженосец барона де Ранкона упрямо мотнул головой, стряхивая с себя чужую руку. Глаз зацепился за что-то знакомое. Это кольцо с черным агатом он уже видел. Сердце против воли дрогнуло, а к горлу подкатил тошнотворный ком.
- Не думал, что буду сожалеть о дне, когда принял тебя в своем доме… - взгляд барона равнодушно скользнул по растерянному лицу оруженосца.
- Мессир! Вы ошибаетесь! – что же сделать, чтобы де Ранкон ему поверил?! – Я могу все объяснить!
Тяжелый кулак впечатался в лицо, затыкая рот.
- Сэр Ги. Это было излишне, - Джеффри де Ранкон отвернулся. – Уведите моего бывшего оруженосца и посадите под замок. Я разберусь с ним позже.

***
Его поместили в подвал надвратной башни. Капеллан, сопровождавший стражников, втолкнувших Гая в тесную камеру, покачал головой:
- У тебя еще есть время покаяться, сын мой, и попросить у господа прощения за свои прегрешения.
- Мне не в чем раскаиваться.
По-крайней мере, в том, что ему приписывают, он не виноват. Гай замолк. Молчал и клирик, оценивающе разглядывая оруженосца.
- Святой отец! – Гай быстро шагнул к капеллану. Один из стражников преградил ему путь, не дав дотронуться до руки священника. Протестовать не имело смысла. Он и не стал, лишь горько усмехнулся:
- Скажите барону, чтобы не доверял Ги де Провену. Он предаст.
- Уверяю, ты ошибся, - отец Мишель печально улыбнулся, - но я все равно передам твои слова сэру Джеффри.
- Спасибо, - Гай понимал, что не может рассчитывать на большее, тем не менее, была еще одна вещь, которую ему следовало узнать. – Как они умерли?
- Мучительно, сын мой, - капеллан посмотрел в глаза оруженосцу. – Экстракт аконита вызывает спазм мускулов, останавливает сердце и дыхание, а содержимое желудка и кишечника извергается наружу. Человек умирает, корчась в собственных нечистотах.
Мерзко…

Дверь за ушедшими захлопнулась, стукнул засов, и Гай остался один. Ему не оставили ни свечи, ни факела. Подумалось, что эта комната без окон сильно напоминает склеп. Три шага от двери до стены, десять шагов по периметру… Что ж, его хотя бы не сковали. В кромешной тьме что-то тихо прошуршало по полу. Крыса? Ну хоть какая-то компания…

Часы, проведенные в полной темноте, обострили слух. Он развлекался тем, что отсчитывал мерный стук капель, скатывающихся по желобу в кирпичной кладке и с легким шлепком ударяющихся об пол. Если подставить ладонь, через какое-то время набиралась полная горсть. Во всяком случае, умереть от жажды не получится. Сесть на пол тоже... Под ногами хлюпала зловонная жижа. Гай прислонился плечом к скользкой стене и закрыл глаза.

Почти все деньги Торнтона ушли на то, чтобы добраться до Портсмута, пересечь Ла-Манш и высадиться в Кале. Разумеется, по эту сторону пролива его никто не ждал, но оставаться в Англии, после всего, что случилось, он не хотел.
Будучи сыном рыцаря и наследником собственного манора, Гай в свое время ни за что не сел бы на низкорослого мохнатого мерина с плохими зубами и скверным характером, посчитав такое средство передвижения ниже собственного достоинства. Однако сейчас особо выбирать не приходилось. Либо так, либо идти пешком.
За полтора года, проведенные во Франции, он успел побывать в Нормандии и Бретани, изрядно помотался по дорогам Аквитании, нанимаясь на службу к мелким баронам, но нигде не задерживался надолго. Побывав в десятке стычек, где владелец какой-нибудь захудалой деревушки шел войной на соседа в надежде урвать кусок пастбища или участок заливного луга, Гай понял, что хочет большего.
Именно поэтому, оказавшись в Тельбуре на Рождество 1176 года и прослышав сплетни о том, что хозяин возвышавшегося над городом замка лишь недавно вернулся из дальних краев, где был ранен и чудом избежал плена, он постучался в крепостные ворота.
На свое везение Гай особо не рассчитывал - оно не раз его подводило, но все-таки рискнул.
Джеффри де Ранкон выслушал сбивчивую речь настороженного темноволосого юноши с лихорадочно блестящими голубыми глазами, перекинулся парой шутливых фраз с высоким кареглазым рыцарем в кольчужном доспехе и заявил, что как раз размышлял о том, не принять ли на службу оруженосца…

Звук шагов спускавшегося по лестнице человека, для обостренного темнотой слуха прозвучал как удар городского набата. Он насторожился, не зная каких гостей следует ожидать. Скрипнул засов и дверь отворилась. Гай успел закрыть глаза ладонью, но свет горящего факела резал даже сквозь плотно прикрытые веки.
- Ты свободен, сын мой.
Гаю показалось, что он ослышался, но твердая ладонь капеллана уверенно подтолкнула его к выходу. Гай покосился на низкорослого клирика в серой рясе, перепачканной засохшими бурыми пятнами.
- Что случилось?
Поднимавшийся вслед за ним по лестнице монах ответил не сразу.
- Сэр Ги перешел на сторону атакующих.
Возможно, ему следовало бы испытать злорадное удовлетворение оттого, что он оказался прав, в то время как к его словам никто не прислушался. Вот только на душе было совсем не радостно.
- Как это произошло?
- Барон решил ударить по позициям неприятеля, не дожидаясь, пока недостаток воды скажется на боевом духе солдат. Де Провен открыл ворота, чтобы возглавить атаку, но вместо этого перешел на сторону Ричарда.
- А сэр Джеффри? – как бы то ни было, Гай не хотел, чтобы с де Ранконом что-то случилось.
- Он за стенами. Пытается не допустить в замок отряды Ричарда.
Гай остановился и прислушался. Теперь он понял, что приглушенные звуки, доносившиеся снаружи, не что иное, как шум битвы.
А разве он не мечтал отличиться? Заслужить рыцарские шпоры? Если так, сейчас подходящее время. Не обращая внимания на предостерегающий возглас клирика, Гай выскочил во двор крепости.

***

- Отступаем!
Гисборн услышал крик де Ранкона и попытался отыскать его взглядом. В мешанине схватки, кипевшей под крепостными стенами, это оказалось не так легко. Наконец он заметил крупного вороного без седока. К облегчению Гая, барон оказался рядом с конем. Два наемника Ричарда прижали его к остову тарана, разбитого еще при первом штурме. Де Ранкону приходилось отбиваться от обоих врагов одновременно, а сквозь гущу сражения к нему пробивался де Провен, на котором, поверх кожаной куртки, был накинут плащ цветов графа Пуатье.
- Сдавайся, Джеффри! – сэр Ги остановился напротив барона, - Крепость тебе не отстоять. У вас нет шансов. Без воды ты не продержишься и недели.
Гисборн пришпорил коня, продираясь де Ранкону. Несколько раз его пытались стащить с седла, но умница Гриз был приучен опрокидывать на землю и топтать путающуюся под ногами пехоту, а от себя лично оруженосец барона добавил пару ударов мечом. Отделавшись от собственных противников, Гай поднял голову как раз в тот момент, когда де Ранкон свалил одного из атаковавших его наемников. Второго заколол де Провен, пришпилив к обломкам разбитого тарана, и тут же сорвал с пояса арбалет, направив его на барона.
Гай отказывался что-либо понимать, но решительно не был настроен смотреть, как убивают его синьора:
- Не двигайся, Ги! – он взвесил в руке дагу, примеряясь для броска. Ги де Провен повернул голову и их взгляды пересеклись.

Мгновения замерли, цепляясь друг за друга, а лязг битвы отдалился, превратившись в нестройный гул, звучащий где-то на грани сознания.
Вот Джеффри де Ранкон медленно оборачивается. Кажется, он что-то кричит, но слов не разобрать… Сэр Ги вскидывает арбалет. Гай видит его глаза – злые, холодные и насмешливые. Палец рыцаря нажимает на курок, отпуская стрелу. В кого она попадет? В барона? В него самого? Неважно… Рука пружинисто распрямляется и кинжал, вращаясь, устремляется в полет. Предатель отбрасывает арбалет, рванувшись к де Ранкону. Дага вонзается ему в грудь, но не останавливает… Ги де Провен отталкивает барона и вместе с ним валится на землю с кинжалом в груди и арбалетным болтом, застрявшим под левой ключицей. За спиной кто-то хрипит, отчаянно хватая ртом воздух. Незнакомый рыцарь в кольчуге и островерхом шлеме сползает с лошади, хватаясь руками за стрелу, пробившую горло…
Время возобновляет свой бег.

- Вы ранены? – Гай спрыгнул на землю и помог барону выбраться из-под упавшего на него де Провена.
- Мой конь, - отрывисто бросил хозяин Тельбура, едва взглянув на оруженосца.
- Конечно, сэр…
Поводья вороного, принадлежащего барону, запутались в обломках деревянных конструкций тарана, так что поймать его не составило труда.
- Нужно уходить, мессир, - Гай с тревогой огляделся вокруг. К отрядам Ричарда спешило подкрепление.
- Да, - кивнул де Ранкон, неловко взбираясь в седло. Все-таки он был ранен.
Барон повернулся к оруженосцу, бросив быстрый взгляд на неподвижное тело Ги де Провена, распростертое на земле:
- Он еще жив. Доставь его в крепость.
- Но, мессир! Этот человек предатель! – возразил Гай.
- Просто сделай, как я сказал, - барон пришпорил коня. Вскоре откуда-то издалека, перекрывая шум боя, донесся его голос:
- Отходим за ворота! Медленно! Держать строй, не разбегаться!

Солдаты спешно запечатывали ворота. Тяжелый засов скрипел, вставая в пазы. Теперь, по крайней мере, у них будет время немного прийти в себя.
Гай угрюмо соскочил на землю. Кто-то из подбежавших наемников помог ему спустить вниз де Провена, перекинутого через спину коня. Командира гарнизона оттащили подальше от ворот и усадили на землю, прислонив к стене казармы. От толчков и тряски раненый пришел в себя, но вынимать из раны кинжал или вытаскивать арбалетный болт не решился даже капеллан, стоявший поблизости.
- Почему, Ги? – Джеффри де Ранкон, вошедший в ворота последним, опустился на колени рядом с де Провеном.
- Это важно? – перепачканное в крови и грязи, лицо рыцаря перекосила усмешка.
- Для меня, да.
- Сколько лет мы с тобой знакомы, Джеффри? Десять?
- Двенадцать, - пробормотал барон.
- Я вытащил тебя из лап султана во Фригии под этим чертовым Мириокефалоном...
- Я помню, Ги…
- И что? Мы вернулись сюда и я три года проторчал в твоем замке на должности гарнизонного капитана. Треклятая казарма – это все что у меня было…
- Не думал, что тебе чего-то не хватает, - взгляд де Ранкона стал растерянным.
- Ты вообще мало о чем задумывался... - де Провен усмехнулся. - Будущее за Ричардом. Рано или поздно независимости баронов придет конец. Кроме того, мне хотелось, чтобы ты хотя бы ненадолго оказался в моей шкуре.
- Ты мог просто попросить, Ги…
- Убирайся к дьяволу, Джеффри, - де Провен закашлялся. – Не желаю тебя видеть.
Барон поднялся и, не глядя по сторонам, зашагал через двор. Следовало проверить то, что еще оставалось в их распоряжении, расставить по местам солдат, дать указания командирам и ждать новой атаки… Гай хотел последовать за бароном, но де Провен задержал его:
- Постой…
Гисборн нехотя обернулся. Говорить с человеком, который тебя оклеветал, и которого ты затем убил, было не о чем. В том, что он убил Ги де Провена, Гай не сомневался. Большее, на что мог рассчитывать человек, устало прислонившийся к холодной стене казармы – это несколько минут жизни.

- Спокойнее, юноша. Это меч, а не оглобля, - сэр Ги в небрежно зашнурованном дублете легко уклонился от неловкого выпада оруженосца. – Кто научил вас так держать оружие?
Гарнизонный капитан подтрунивал над ним, явно рассчитывая вывести из себя. Нервничая, Гай совершал ошибки. Нужно сосредоточиться и не поддаваться на провокации. Рубящий удар по косой снизу вверх, перешел в горизонтальный запах.
- Уже лучше, - одобрил Ги де Провен, приблизившись вплотную и принимая удар на основание клинка. – Но все-же недостаточно…
Кулак в кожаной перчатке ударил в грудь. Не сильно, но весьма ощутимо. Гай споткнулся и выронил меч.
- Учись держать равновесие, - сэр Ги досадливо поморщился. – В бою от этого будет зависеть твоя жизнь.
Равновесие… Это же не урок танцев!
Гай поднял меч и очертя голову ринулся в атаку. Острый клинок незамедлительно уперся в подбородок.
- Нарываетесь, юноша, - де Провен рассмеялся. – Весьма неразумно.
- Ги! Ты мне нужен, - Джеффри де Ранкон бросил с крепостной стены беглый взгляд во двор, где с самого утра тренировались наемники.
- Продолжим позже, - Ги де Провен хлопнул Гая по плечу и зашагал прочь, на ходу затягивая шнуровку дублета.

- Сожалею, что пришлось тебя подставить, - в глазах рыцаря читалась привычная насмешка, - но ты оказался самой подходящей кандидатурой…
- Ничего личного? – хмуро переспросил Гай.
- Именно, - де Провен указал глазами на место рядом с собой. Гай подошел, присев на корточки подле раненого.
- У меня за поясом… Достань… - Ги мотнул головой. Оруженосец Джеффри де Ранкона с сомнением посмотрел на рыцаря. Тот усмехнулся:
- Не бойся, на этот раз никаких подвохов…
Гай протянул руку, нащупав рукоять кинжала, спрятанного за поясом. Украшенный затейливой вязью, изогнутый клинок свободно уместился на ладони.
- Подарок императора Византии скромному наемнику … - с усмешкой прокомментировал раненый. – И небольшое напоминание обо мне… о том, что не стоит повторять мою судьбу…
Гай кивнул. Злость и обида ушли, уступив место непонятной тоске.
Ги де Провен стиснул локоть оруженосца:
- Вытащи его отсюда, Гисборн. Иначе этот упрямец будет драться до последнего. Возможно, он не скажет тебе «спасибо», но, наверняка, вручит рыцарские шпоры. Ты даже можешь взять мои… Разрешаю… - рыцарь расхохотался. Смех быстро перешел в хрип, и отец Мишель, все это время не отходивший от раненого, перекрестился, бормоча слова молитвы:

Requiem aeterna dona eis, Domine, et lux perpetua luceat eis.
Requiestcant in pace.
Amen.***

______________________
*** «Вечный покой даруй им, Господи, и да сияет им свет вечный. Да покоятся в мире. Аминь.» - (лат.)

***
Створки дубовых ворот скрипели под ударами тарана, но еще держались. Гай пригнулся и спрятался за крепостным зубцом, вовремя заметив, как противник выстрелил из катапульты. Тяжелый камень ударился рядом, выбив из стены крошку.
Пока что, наемники Ричарда, завладевшие двумя внешними оборонительными линиями Тельбура, только пристреливались. Но пройдет совсем немного времени и их собственные катапульты начнут вести прицельный огонь по внутренней стене, еще остававшейся под контролем обороняющихся. За это стоило сказать спасибо Ги де Провену. Впрочем, бывший командир гарнизона Тельбура был безнадежно мертв, а вот они пока что живы. И Гай Гисборн вовсе не собирался умирать на стенах крепости, принадлежавшей аквитанскому барону, как бы поэтично это не выглядело со стороны.
Он знал, что может выбраться отсюда. Следовало лишь дождаться наступления сумерек и спуститься вниз по отвесному склону. Никто не заметит единственного человека, покидающего замок. С той стороны крепости, куда выходит расселина, нет людей Ричарда. Все отряды сосредоточились здесь – напротив главных ворот. Гай бросил быстрый взгляд на де Ранкона. По команде барона на головы наступающих полилась кипящая смола. Снизу раздались отчаянные крики и отборные ругательства. Удары тарана временно прекратились.
Черт! Он может уйти прямо сейчас. В горячке боя никто не обратит внимания на отсутствующего оруженосца.
Над головой просвистело сразу два метательных снаряда. Один из них - пылающий бочонок, начиненный смолой, ударился о стену донжона. Огненные брызги накрыли людей, засевших за баррикадой вблизи ворот. От второго запылал дощатый сарай, примыкавший к кузнице. Гасить пламя не спешили, желающих лезть в отравленный колодец не нашлось. Де Ранкон прокричал что-то командиру наемников, сменившему сэра Ги на его посту, и в этот момент третий снаряд врезался в балку, поддерживающую противовесы массивного засова главных ворот. От удара тяжелая цепь оборвалась и полетела вниз, хлестнув барона. Следом обрушилась бревенчатая стойка, служившая опорой всей конструкции.
Гисборн подскочил к завалу одновременно с рыцарем, командовавшим наемниками. Совместными усилиями им удалось сдвинуть балку придавившую де Ранкона. Шлем барона украсила изрядная вмятина, под кольчугой, наверняка, были и другие повреждения но, вопреки опасениям Гая, он был жив. Оруженосец барона переглянулся с капитаном наемников. Должно быть, им в голову пришли схожие мысли.

***

Кто бы мог подумать, что окажется так непросто тащить на себе бесчувственного рыцаря. Гай остановился, отирая рукавом пот, заливавший глаза. Впереди, освещая путь, шел пожилой клирик. То, что обойтись без посторонней помощи будет нелегко, оруженосец барона понял сразу. Волочить на закорках отнюдь не маленького мужчину и одновременно держать в руке факел, задача не из простых. А ведь им еще предстоит спуск. К тому же капеллан, одновременно являвшийся и лекарем, мог пригодиться.
После беглого осмотра, произведенного во дворе осажденной крепости, отец Мишель пришел к заключению, что барон отделался контузией и несколькими сломанными ребрами. Далеко не самое страшное, что могло случиться при подобных обстоятельствах. Хотя все зависит от того с какой стороны смотреть. Де Ранкона в очередной раз стошнило. Гай сердито окликнул священника, но тот лишь беспомощно развел руками:
- Ему нужен покой. Я ничего не могу с этим поделать.
Оруженосец пробормотал что-то нелицеприятное насчет бесполезности лекарей, и они продолжили путь.
К этому времени командир наемников, наверное, уже капитулировал, а его люди сложили оружие. Ричард, граф Пуатье, герцог Аквитанский, может быть доволен. Надо полагать теперь его репутация как полководца пойдет в гору. Вот только знать, куда подевался хозяин мятежного Тельбура, ему совершенно не обязательно…

***

Они спустились вниз в сумерках, и подошли к городским стенам уже затемно. Несмотря на поздний час, ворота были распахнуты настежь и не охранялись. Пока что все складывалось неплохо. В городке, переполненном наемниками, появление клирика, сопровождающего двух мужчин, один из которых явно тяжело ранен, не было чем-то из ряда вон выходящим. Тем не менее, Гай натянул на голову барона капюшон. Ему вовсе не хотелось, чтобы случайный зевака опознал владельца Тельбура.
Проходивший мимо наемник с эмблемой графа Пуатье на куртке, принял их за своих и предложил помощь в транспортировке раненого. Отец Мишель вежливо отказался, сославшись на то, что они уже почти на месте. Сострадательный вояка направился своей дорогой, а Гай украдкой перевел дыхание и расслабил руку, лежащую на рукояти меча.
Капеллан не обманывал, они и в самом деле были почти пришли. Сделав еще несколько десятков шагов вдоль неосвещенной улицы, Гай остановился напротив знакомого крыльца. В доме было темно, лишь в занавешенном окне спальни горела свеча. Это даже хорошо, что Лорелин не спит… А с аптекарем он как-нибудь разберется. Оруженосец барона несколько раз постучал в дверь массивным железным кольцом и подождал, прислушиваясь к звукам внутри. Никто не отозвался. Когда Гай забарабанил в дверь ногой, священник недовольно поморщился:
- Ты привлекаешь ненужное внимание, сын мой.
Он был абсолютно прав. Гай прислонил де Ранкона к двери, перепоручив заботам капеллана, и бросил:
- Ждите здесь, святой отец, я скоро вернусь.
Как будто клирик и барон, который до сих пор не пришел в себя, могли куда-то деться…

Всего несколько дней назад он уже пробирался в дом тем же путем. Правда тогда ставни ему распахнула Лорелин. Сейчас окно было открыто. Гай перемахнул через подоконник, уронив на пол горшок с геранью и порвав занавеску.
- Кто вы?! Что вам здесь нужно?!
Невзрачный человек в сером колете отпрянул и попятился к выходу.
- Я ничего тебе не сделаю… - с расстановкой произнес Гай, сосредоточившись на бледном испуганном лице.
- Ты! – в глазах аптекаря полыхнула ненависть, увидеть которую оруженосец барона был не готов. Ему стало по-настоящему страшно. Не за себя…
Взъерошенный человечек в сером, затравленно обернулся. Гай проследил за направлением его взгляда и вздрогнул. Глаза заволокла темная пелена. Собственного яростного рыка он почти не слышал. Должно быть, аптекарь пытался сопротивляться, но кривой кинжал снова и снова вонзался в податливую плоть. Лишь осознав, что жертва давно перестала подавать признаки жизни, Гай отшвырнул тело и посмотрел на свои окровавленные руки. Предсмертный подарок Ги де Провена превосходно сделал свое дело.
Гай опустился на колени рядом с кроватью. Лицо Лорелин, лежащей поверх скомканного покрывала, осунулось и напоминало восковую маску. Широко распахнутые зеленые глаза глубоко запали и остекленели. Золотистые огоньки в них погасли навсегда.
Гай провел ладонью, закрывая полупрозрачные веки. Коснулся роскошных рыжих волос, сбившихся в безобразный колтун, поднялся и, пошатываясь, побрел к двери. Нужно отпереть засов. Священник ждет на улице… И де Ранкона следует занести в дом…

При виде окровавленных рук и безжизненного выражения, застывшего на лице оруженосца, ожидавший у дверей капеллан, встревожился, но не проронил ни слова. Гай также молча поднял барона и затащил его в дом. Клирик задвинул засов.
Правильно... Случайные гости, это то, в чем они сейчас меньше всего нуждались.
Гай прошел мимо распахнутой двери хозяйской спальни. Капеллан перекрестился при виде двух безжизненных тел и последовал за оруженосцем. Мертвые подождут. Сейчас помощь больше нужна живым. Де Ранкона устроили в комнате для гостей. Капеллан Тельбура долго возился, обрабатывая ушибы и порезы, благо в аптекарской лавке нашлись все требуемое для лечения. Клирик закончил тем, что туго перебинтовал грудную клетку барона, не преминув заметить, как им повезло, что сломанные ребра не пробили легкое и не вышли наружу.
Гай кивнул, соглашаясь, и безразлично уставился в стену. После событий и потрясений этого дня, накатила апатия.
- Выпей, - священник протянул ему кружку, до краев наполненную темно-рубиновой жидкостью.
- Что это? – Гай настороженно заглянул внутрь. После всех этих историй с отравлениями…
- Всего лишь вино, - клирик улыбнулся. – Бутыль распечатал я сам, можешь не опасаться.
Гай сделал небольшой глоток, выдохнул и, не отрываясь, допил остальное.
- Странный вы священник, - пробормотал он.
- К храму ведут разные пути, - отец Мишель плеснул в опустевшую кружку вина. На этот раз для себя. – Я не всегда служил богу.
Что ж, это многое объясняет…
- Нужно убрать тела.
- Конечно… - после всего случившегося слова капеллана уже не удивляли.
- В доме есть подвал?
- Не знаю… наверное есть, - Гай пожал плечами.
- Проверь, - отец Мишель покачал головой, глядя на оруженосца.

Подвал в доме имелся. Причем с земляным полом, что значительно упрощало дело. Гай поднялся наверх, чтобы сообщить об этом священнику. Отец Мишель встал с колен, завершив молитву над усопшими.
- Тот же самый яд? – Гай старался не смотреть на тело Лорелин, завернутое в простыню.
- Думаю, он использовал мышьяк, - капеллан печально качнул головой. – Вряд ли теперь что-то можно сказать наверняка.
- Должно быть, он видел, как я выходил из двери, - пробормотал Гай.
Ущербная луна, темная улица, запертые ставни и чей-то взгляд, упершийся в спину… Он не думал, что все закончится так.

Off
Пост #4 написан 10.11.10 в 20:31
Quote (Merelena)
Только он получился на 18 листах 12-м шрифтом

охохохо!Мне уже нравится^^ очень люблю длинные фики ,так что не волнуйся и кидай)))
Off
Пост #5 написан 10.11.10 в 20:36
***

Джеффри де Ранкон найдет способ вернуть Тельбур. У него есть сторонники. Только бы суметь до них добраться. Для начала им нужны деньги и лошади. Времени на то, чтобы взять из замка что-нибудь ценное у него не было. Да и священник вряд ли прихватил с собой что-то стоящее. Гай до сих пор недоумевал, что капеллан мог тащить в своей старой холщовой торбе. Впрочем, наверняка, это библия.
На их счастье аптекарь вовсе не был беден.
Ранним утром Гай вышел в город. Следовало проверить как обстоят дела, ищет ли кто-то пропавшего барона и где можно раздобыть лошадей. К счастью де Ранкона не искали. То ли Ричард счел его убитым: под стенами Тельбура осталось немало растерзанных тел, то ли не посчитал нужным тратить время и силы на поиски. Так или иначе, Гай узнал, что отряды графа Пуатье покидают город, оставляя в крепости небольшой гарнизон.

Гай вернулся в дом аптекаря около полудня и заглянул в комнату барона. Де Ранкон пришел в себя и даже настолько оправился, что сумел подняться. Опершись локтями о столешницу, он сидел за письменным столом и о чем-то негромко переговаривался с капелланом.
- Я рад, что вам лучше, мессир, - оруженосец остановился в дверях.
- Подойдите.
Официальный тон де Ранкона удивил Гая. У барона был вид человека, вынужденного сделать что-то необходимое, но от этого не менее неприятное. Оруженосец недоуменно посмотрел на своего господина и приблизился.
- Ваш пояс… - речь сэра Джеффри звучала отрывисто. Гай не знал было ли тому причиной ранение или что-то иное. Он бросил быстрый взгляд на отца Мишеля, стоявшего поблизости, и, уловив его утвердительный кивок, отстегнул портупею с мечом, протянув барону.
Тот распрямился и, глядя в глаза замершему оруженосцу, произнес:
- Я, сэр Джеффри де Ранкон, опоясываю тебя мечом и посвящаю в рыцари…
Гай отстраненно наблюдал за тем, как синьор собственноручно затягивает портупею на его бедрах. Он мечтал об этом дне, но не думал, что все выйдет именно так.
Дом убитого аптекаря, тесная комната для гостей, пропитанная запахом лекарств, седой клирик с грустными глазами, и любовница, закопанная в подвале…
Выполняя указание, он послушно опустился на колено.
- Будь храбр! – ритуальная пощечина заставила вздрогнуть и вернула к действительности.
- Встаньте, сэр Гай.
Обращение прозвучало странно и показалось чужеродным. Но он привыкнет…
- Примите это.
Отец Мишель протянул ему шпоры. Гай поднял глаза и усмехнулся. Еще один подарок от сэра Ги…
- Я признателен вам, мессир, - бывший оруженосец склонил голову.
- Не благодарите, - барон устало опустился на край постели. Минуты, проведенные на ногах, дались ему с трудом. – Вы это заслужили.
- Я узнал, где можно найти лошадей, - Гай вспомнил о том, что собирался сказать, входя в комнату. – Через пару дней, когда вам станет лучше, мы сможем убраться отсюда…
- Нет, Гай, - де Ранкон покачал головой.
- Не понимаю, - посвященный в рыцари оруженосец удивленно посмотрел на барона.
- Тебе придется уйти одному.
- Но почему?! – он действительно не понимал. – Я могу и дальше служить вам!
- Не сомневаюсь, - де Ранкон согласился. – Но каждый раз, видя тебя, я буду вспоминать де Провена. Я не виню тебя в его гибели. Он сам выбрал свою судьбу. Но Ги был моим другом, а ты убил его.
Это было чудовищно несправедливо…
Гай мотнул головой:
- Я понял, мессир… Я уйду...

FIN

Off
Пост #6 написан 10.11.10 в 21:53
Если честно,эмоции немного зашкаливают,настолько все описанное эмм реалистично что ли.Читаешь и веришь,видишь происходящие.Порадовали воспоминания Гая,он был таким славным и милым мальчиком.За романтическую линию спасибо огромное!Я конечно очень люблю описание битв,политику и все такое,но если нет даже намека на романтику,лично в моем восприятии,любое произведение теряет свою ценность,становится тусклым и однообразным.
Merelena, у тебя здорово получилось сочетать в фике все что нужно ^^Спасибище!Я счастлива*захапала фик и побежала перечитывать*
Off
Пост #7 написан 11.11.10 в 05:42
pet
Я рада, что понравилось smile
Драматические сюжеты без намека на юмор, не совсем то, к чему я привыкла )))

Порадовали воспоминания Гая,он был таким славным и милым мальчиком.
Все мы в детстве были славными... ну или почти все...

Форум » "Робин Гуд" в нашем творчестве » Новогодний фикатон » Подарок для pet (Кое-что о верности)
Страница 1 из 11
Поиск: